Трамп промолчал о правах человека в Китае — и это новый курс США

Перед отлетом в Пекин Дональда Трампа спросили, собирается ли он поднимать перед китайским лидером дело Джимми Лая — активиста, сидящего в гонконгской тюрьме. «Я заговорю о нем», — ответил президент. Но тут же добавил: «Это все равно что спросить меня: «Если Коми попадет в тюрьму, ты его выпустишь?» Тут я бы, наверное, задумался». Он имел в виду бывшего главу ФБР Джеймса Коми, которого сам Трамп не раз поливал грязью.

Такое наплевательское отношение к правам человека никого не удивляет. С момента вступления в должность его администрация развязала настоящую войну с гражданскими свободами: рейды иммиграционной полиции, атаки на гендерную медицину, урезание финансирования правозащитных организаций.

Но то, что тема прав человека практически исчезла из повестки американо-китайского диалога, — это разрыв с дипломатической традицией прошлых лет. И дело не только в том, как изменилась Америка при Трампе. Китай на мировой арене чувствует себя все увереннее.

«Компартия Китая теперь, кажется, абсолютно неуязвима для любых осуждений и давления международного сообщества», — говорит Рен Цюаньню, бывший адвокат, лишенный лицензии за правозащитную деятельность.

Для сравнения: когда Джордж Буш-младший приезжал в Пекин в 2008-м, он настоял на воскресной службе в церкви, чтобы лично продемонстрировать важность религиозной свободы. А Барак Обама во время своего визита в 2009-м уговаривал тогдашнего председателя КНР Ху Цзиньтао возобновить переговоры с Далай-ламой.

Да, и Буша, и Обаму самих обвиняли в военных преступлениях и нарушениях прав человека из-за «войны с террором». Но их публичная поддержка меньшинств и активистов в Китае вдохновляла зарождающееся гражданское общество. Самый громкий случай вмешательства США произошел в 2012-м, когда администрация Обамы помогла бежать слепому правозащитнику Чэнь Гуанчэну, сбежавшему из-под домашнего ареста. (Позже Чэнь призывал американцев голосовать за Трампа, заявляя, что тот «даст отпор тирании».)

Даже для менее известных фигур поддержка из Вашингтона имела значение. «Многие китайские активисты прямо говорили мне, что огласка их дела что-то меняла», — рассказывает Томас Келлогг, исполнительный директор Центра азиатского права Джорджтаунского университета. Речь могла идти об улучшении условий в тюрьме или ослаблении давления на свободе.

Отступление США от роли глобального защитника прав человека — пусть даже эта роль всегда была отчасти фальшивой — происходит в момент, когда ситуация в Китае, по словам активистов, только ухудшается. С приходом к власти Си Цзиньпина в 2012-м в КНР ужесточили контроль над гражданским обществом, наказали феминисток, сузили пространство для религиозного и этнического самовыражения, а подавление инакомыслия стало приоритетом.

При нем в Синьцзяне развернули сеть «лагерей перевоспитания», где, по разным данным, заточили до миллиона уйгуров и других тюркских меньшинств под предлогом борьбы с экстремизмом. ООН заявила, что политика Пекина в Синьцзяне может быть признана преступлением против человечности. В Пекине это категорически отрицают.

«Сейчас для правозащитников настали очень, очень тяжелые времена, — говорит Софи Ричардсон, содиректор НКО «Китайские правозащитники». — Ни одно демократическое правительство, кажется, не поспевает за Пекином в своих действиях».

В первый срок Трамп занимал более жесткую позицию по Китаю. В его команде было много «ястребов» — например, госсекретарь Майк Помпео и замсоветника по нацбезопасности Мэтт Поттинджер. Тогда ввели санкции против чиновников, причастных к нарушениям в Синьцзяне и Гонконге.

Нынешний госсекретарь Марко Рубио сам попал под санкции Китая за резкую критику — но Пекин все равно разрешил ему сопровождать Трампа в поездке. Однако теперь «ястребов» отодвинули на второй план. Трамп, в котором и так много автократических черт, открыто восхищается Си.

В четверг он сказал китайскому лидеру: «Вы великий лидер. Иногда людям не нравится, когда я это говорю, но я все равно говорю, потому что это правда… Для меня честь быть вашим другом».

Китай, чья экономика и армия за последние десятилетия резко усилились, стал гораздо менее восприимчив к западной критике, которую там давно считают поучительной и лицемерной. В 2021-м Госсовет КНР выпустил 28-страничный доклад о нарушениях прав человека в США, который начинался с цитаты: «Я не могу дышать» — последних слов Джорджа Флойда, убитого полицейским.

По словам Рена, китайская пропаганда убедила многих обывателей, что критика из США исходит от «враждебных иностранных сил», а не от искренней гуманитарной озабоченности. «Многим уже все равно, что говорят американцы», — констатирует он.

Сам Трамп утверждает, что на саммите права человека все же упоминались. Хотя в официальных отчетах сторон об этом ни слова, президент по пути домой рассказал Fox News, что обсуждал с Си и Джимми Лая, и дело нескольких арестованных пасторов. По его словам, Си «серьезно рассматривает» возможность освободить задержанных религиозных лидеров, многие из которых пострадали в ходе недавней кампании против христиан.

Родственники вздохнули с облегчением. Грейс Джин Дрексел, чей отец Эзра Джин был задержан в прошлом году, сказала: «Это ответ на наши молитвы. Мы так благодарны всем, кто был с нами в самое трудное время».

Но что касается Лая — 78-летнего медиамагната, которого в США поддерживают и демократы, и республиканцы, — тут Трамп признал: «Это сложный случай».