Просчет Бен-Гуриона: почему палестинский вопрос не исчез

В 1948 году, когда создавалось государство Израиль, его лидеры были уверены: палестинцы не станут серьезной проблемой. Давид Бен-Гурион, один из отцов-основателей, считал, что «проблема беженцев решится сама собой». По его логике, арабы покинут свои дома, растворятся в соседних странах и забудут о потерянной земле. Историческая память и национальная идентичность у них, как полагали, отсутствовали.

Реальность оказалась иной. Вопреки ожиданиям, палестинское национальное движение не ослабло, а наоборот, крепло с каждым десятилетием. Старшее поколение не учило детей забывать травму 1948 года — оно передавало им ключи от домов, рассказывало о деревнях и городах, которые пришлось покинуть. Вместо ассимиляции выросло поколение, для которого возвращение стало делом чести.

Почему план провалился? Дело не только в упорстве палестинцев. Израильская политика насилия и экспроприации земель сыграла обратную роль. Каждый новый акт выселения или разрушения домов давал новую искру сопротивления. Лагеря беженцев, которые израильские власти пытались изолировать, превратились в центры образования и политической активности. Именно там выросли многие лидеры, врачи, учителя и активисты, объединенные одной идеей — неприятие оккупации.

Первая интифада 1987 года и вторая, начавшаяся в 2000-м, были во многом порождены именно беженцами. Они же стали движущей силой последующих протестов. Израильские власти ужесточали меры: массовые аресты, снос домов, военные операции. Но подавления не произошло. Сектор Газа, где 80% населения — беженцы, стал самым наглядным доказательством этого.

После начала военной кампании в октябре 2023 года израильское правительство не раз называло эту войну «экзистенциальной». По данным местных органов здравоохранения, за время боевых действий погибло более 72 000 палестинцев, ранено свыше 170 000, почти 2 миллиона человек были вынуждены покинуть свои дома. Большая часть жилого фонда повреждена или уничтожена.

Но парадокс в том, что чем жестче становятся меры, тем глубже укореняется сопротивление. Ребенок, родившийся в палатке и потерявший семью, вряд ли нуждается в лекциях по истории, чтобы понять, кто виноват в его бедах.

Этот эффект не ограничился Ближним Востоком. Палестинский вопрос вышел за рамки узкой левой повестки. В США, Великобритании и других странах он стал фактором, влияющим на исход местных выборов. Кандидаты, поддерживающие израильскую политику, иногда теряют голоса. Солидарность с палестинцами выражают люди разных политических взглядов, несмотря на риск преследований.

Израиль, пытаясь стереть память, лишь закрепил ее — и в сознании палестинцев, и в глобальном общественном мнении. Бен-Гурион, увидев результат, вряд ли бы обрадовался: его прогноз не просто не сбылся, а обернулся полной противоположностью.