Пакистан на грани дипломатического чуда: спасет ли Исламабад переговоры США и Ирана?

Кажется, в переговорах между США и Ираном наметился долгожданный прорыв. Во всяком случае, именно такое впечатление сложилось после недавних заявлений американской стороны. Президент США Дональд Трамп заявил, что стороны «очень близки» к заключению сделки, и даже допустил возможность своего визита в Исламабад для её подписания. По его словам, Иран согласился «практически на всё», включая передачу запасов обогащённого урана.

Однако в Тегеране эту оптимистичную картину тут же поставили под сомнение. Официальный представитель МИД Ирана подтвердил, что обмен сообщениями через Пакистан идёт, но категорически отверг возможность отказа от обогащения урана, назвав это суверенным правом страны. Такой разрыв в публичных заявлениях эксперты объясняют сложной и многослойной природой переговоров, где каждая сторона озвучивает максимально выгодную для себя трактовку процесса.

Ключевую роль в сближении позиций играет Пакистан. Его армия и дипломаты действуют на двух фронтах: в Тегеране проходят встречи высшего военного руководства, а премьер-министр ведёт консультации с лидерами региона. Обе стороны — и Вашингтон, и Тегеран — высоко оценивают посреднические усилия Исламабада. В Белом доме заявили, что любые дальнейшие очные переговоры, скорее всего, состоятся именно в пакистанской столице, где уже усиливают меры безопасности на случай визита высоких гостей.

Но дипломатический успех висит на волоске. Над процессом навис дедлайн прекращения огня, истекающий 22 апреля. Параллельно иранские военные делают жёсткие заявления о готовности к длительной войне, что аналитики расценивают как способ оказать давление, а не как признак внутреннего раскола. Ещё одним complicating factor стала ситуация в Ливане: недавнее соглашение о перемирии между Израилем и «Хезболлой» Тегеран напрямую увязывает с общей договорённостью с США.

Интересно, что первоначальные максималистские требования Вашингтона — такие как полное прекращение ядерной программы и ограничение ракетного потенциала Ирана — отошли на второй план. Сейчас речь идёт в основном о временных рамках заморозки обогащения урана и механизмах инспекций. Эксперты видят в этом возврат к логике старого ядерного соглашения 2015 года. Исход может зависеть от того, смогут ли стороны найти формулировки, которые позволят каждой заявить о победе и «продать» соглашение своей внутренней аудитории. Пакистан сделал всё возможное, чтобы подвести их к этой черте. Теперь всё решает политическая воля самих переговорщиков.