Конторы спорят, а Dow Jones покупает: как рынки прогнозов стали главным парадоксом 2026 года

Пока Kalshi хвасталась оборотом в $100 млрд, Dow Jones заключил эксклюзивную сделку с Polymarket. Данные с рынков прогнозов теперь будут появляться в The Wall Street Journal, Barron's и MarketWatch. Это знаковый момент: систему, которую многие считают сомнительной, крупные игроки начинают воспринимать как источник ценных данных.

Но за фасадом партнёрств скрывается настоящий хаос. За 2025 год накопилась целая коллекция скандалов: от спора на $210 млн о том, что считать «костюмом» на Зеленском, до рынка о рассекречивании документов по НЛО, который закрыли в пользу «ДА», хотя никаких бумаг так и не опубликовали. Forbes рассказал о трейдере, который заработал больше миллиона на утечке данных Google. Другой сорвал $400 тыс. на политической судьбе Мадуро. Это не случайные ошибки, а системная проблема: размытые определения, спорные решения оракулов и явные преимущества инсайдеров.

Однако институциональных игроков это не останавливает. Владелец Нью-Йоркской биржи ICE вложит в Polymarket до $2 млрд, чтобы продавать его данные крупным инвесторам. CNN и CNBC с 2026 года будут использовать вероятности от Kalshi в своих репортажах. Суть проста: данные рынков прогнозов теперь рассматривают как полезный индикатор настроений, вроде индекса волатильности VIX. А сам механизм, полный противоречий, стараются отодвинуть на второй план.

Объёмы растут стремительно. Если в сентябре 2025-го рынки прогнозов составляли лишь 22% от оборотов мемкоинов на Solana, то к декабрю этот показатель вырос до 85%. Разрыв сокращается, но для институтов предсказательные рынки — не азартная игра, а структурированный источник данных.

Что дальше? Скорее всего, раскол усилится. Регулируемые площадки вроде Kalshi будут наращивать партнёрства, а крипто-нативные, вроде Polymarket, — ликвидность, но и репутационные удары. Главный вопрос 2026 года: смогут ли эти рынки масштабироваться как data-продукт, так и не решив своих фундаментальных проблем. Пока что крупный капитал отвечает: «Да, если данные полезны, а риски — учтены».