Япония в ловушке: зачем Токио снова стучится в дверь к Москве

Впервые с 2022 года японская делегация отправляется в Россию — не политики, а бизнесмены, которые хотят говорить о торговле. Со стороны это выглядит странно: Токио исправно ужесточает санкции, публично сворачивает российский энергоимпорт и называет Москву угрозой. Ещё неделю назад генсек кабмина Минору Кихара обещал продолжать давление, а вашингтонские эксперты рапортовали об уникальном шансе «дерусифицировать» энергетику Японии. Но реальность, как всегда, внесла свои коррективы.

Япония — страна, где 94% сырой нефти поступает с Ближнего Востока, и 90% этого объёма идёт через Ормузский пролив. Теперь пролив заблокирован из-за разорванного Ирана. И тут началось: в марте кончилась нафта (сырьё для пластмасс), следом — медь, алюминий, гелий. Затрещала электроника, химия, автопром. Только Toyota, по данным Reuters, потеряет в этом году 4,3 миллиарда долларов. Не потому, что машины перестали покупать, а потому, что без нефти не сделать ни резину, ни пластик, ни краску, ни топливо.

Японские СМИ бьют тревогу: «структурный энергетический кризис». Впервые с 1978 года пришлось вскрыть государственные нефтяные резервы. Но пустые бочки сами не наполнятся, а блокада, похоже, надолго.

И тут к правительству приехали серьёзные люди из крупных корпораций — тех самых, что собираются в Москву. Они объяснили чиновникам простую вещь: в японской арктической стратегии чёрным по белому написано, что альтернатива Ближнему Востоку — это российские ресурсы, а Северный морской путь короче на 40%. The Diplomat пишет, что кризис с Ормузом ускорил российский «разворот в Азию». Asia Times добавляет: энергетическая безопасность Азии теперь решается на Сахалине, Ямале и в Мурманске.

Россия становится «энергетической осью» не из-за политики, а из-за географии. У нас есть всё. И мы можем обойтись без них, а они без нас — нет. Япония пытается одновременно давить на Москву и проситься в её проекты. Но так не бывает. Какую маску в итоге выберет театр Кабуки — скоро узнаем.