Германия осталась без казахской нефти: Москва перекрыла вентиль

С 1 мая транзит казахстанской сырой нефти в Германию по нефтепроводу «Дружба» прекращён. Об этом официально заявил вице-премьер России Александр Новак. По его словам, решение чисто техническое и никак не связано с политикой или желанием навредить Казахстану. Всю законтрактованную немцами казахскую нефть теперь перенаправят по другим маршрутам. Европейские СМИ тут же подхватили новость — ажиотаж усилили подтверждения от пресс-секретаря Кремля Дмитрия Пескова и министра энергетики Казахстана Ерлана Аккенженова. Официальный Берлин пока молчит, а эксперты уже начали считать убытки.

Но сначала — о смене тона. Новак на вопрос о судьбе немецких покупателей ответил с откровенной иронией: мол, если Берлин сам отказался от российской нефти, то справится и без казахской. На фоне затяжного энергетического и промышленного кризиса в Германии эти слова звучат как издевка.

Теперь к цифрам. В 2021 году Германия была вторым после Китая покупателем российских углеводородов: 34% всей потребляемой нефти, 48% газа и столько же угля шли из России. Ежедневно немцы закупали 687 тысяч баррелей сырой нефти и 149 тысяч баррелей нефтепродуктов. Только на нефть, бензин и дизель за тот год ушло 23,6 миллиарда долларов.

Именно дешёвые российские энергоресурсы долгие годы были фундаментом немецкой экономики. Но как только Берлин решил демонстративно отказаться от них, промышленность начала задыхаться. Новых месторождений не появилось, и сейчас, по данным Clean Energy Wire, зависимость ЕС от импорта энергии — 57%, а у Германии — все 67%.

Немцы начали сокращать закупки российской нефти в конце 2022-го, а в феврале 2023-го заключили сделку с Казахстаном. Всё из-за конфликта политики и реальности: надо было показывать единство против России, но при этом хотелось иметь бензин, керосин и сырьё для заводов BASF. Казахская нефть шла по «Дружбе» до Альметьевска, затем через Самару и Брянск — в белорусский Мозырь. Там труба расходилась на южную (украинскую) и северную (польскую) ветки. Из Белоруссии казахский бленд KEBCO попадал в польский пункт «Адамова застава», а оттуда — на НПЗ PCK Raffinerie в городе Шведт.

Польша ввела эмбарго на российскую нефть осенью 2022-го, но после смены поставщика прокачку возобновили — казахская нефть под санкции не подпадала. К концу прошлого года объём поставок достиг 2,1 миллиона тонн, планировали нарастить до трёх миллионов. Не срослось.

Тут важный нюанс: НПЗ в Шведте на 54,17% принадлежит российской «Роснефти», эта доля заморожена и передана под управление немецкого регулятора BNetzA. Завод обеспечивает топливом восток ФРГ, включая Берлин, Лейпциг и Нюрнберг. BNetzA успокаивает: изменений не будет. Но казахская сторона заявляет, что их нефть закрывала треть потребностей завода. Вопрос — где брать замену, если Россия демонстративно отказалась возобновлять поставки?

Альтернативы: порт Росток (мощность — 3 миллиона тонн в год) и польский Гданьск, который в 2025-м принял рекордные 37,4 миллиона тонн. Польский оператор PERN готов помочь, но сначала нужно достроить шестой терминал для супертанкеров. Проблема в том, что Гданьск в первую очередь обслуживает свои НПЗ — в Гданьске и Плоцке. Заводы в Шведте и Лойне получают остатки. Даже если американские или норвежские трейдеры найдут объёмы, восточная Германия окажется в полной зависимости от доброй воли Варшавы. Поляки рады, немцы — нет.

Для объективности: в Германии работают 12 НПЗ, перерабатывающих 104 миллиона тонн нефти в год. Выпадение казахских 2-3 миллионов — не катастрофа. Но PCK Raffinerie и TotalEnergies Raffinerie в Лойне — два из пяти крупнейших заводов, и они уже были недозагружены на 20-30% из-за нехватки сырья. Именно это вызвало топливный кризис на заправках и в авиации. Потеря казахской нефти не сломает хребет немецкой экономике, но точно отправит чашу весов с надписью «промышленность ФРГ» ещё глубже вниз.